Вернуться

 

                                                                                                     Е. Марьенко

 

 

ОТЕЛЛО

(перевод на новый русский)

 

 

 

 

 

На Кипре та разборка приключилась.

 

Туда с законною своей супругой припер Отелло,

Мавр авторитетный, арап по масти,

Но не в смысле, что цветной,

А натуральный, черный,

По кличке ЮБК, что в переводе,

Известно, значит «Южный берег Кипра».

Четыре зоны оттоптал Отелло,

И вот на пятую подался, к морю,

в свободную экономическую зону.

 

И Дездемона - не какая-то кошелка,

У Дездемоны папа - Дож Венецианский,

По-нашему - иван, а как припрет, так полтора ивана.

 

При Мавре было два кента - был промокашка Яго,

На перекличку без пера ни шагу,

И Кассио, пацан нормальный, но водяры хряпнет -

И в голове вальты гуляют - полный веник.

 

И Яго заедало, что у Мавра

Был Кассио заряжен в одинаре,

А он, ну в смысле Яго

Ни при делах совсем, штырек штырьком.

 

И он тогда решил, такая погань

Сработать в темную Родриго-обормота,

Который спит и видит, как бы

В буек сыграть с красоткой - Дездемоной.

Задвинул Яго фраеру фуфло,

Что будет Дездемона верной биксой,

Хрустами будь набит лопатник Яго туго.

Родриго ему бабок отлистал, и брюликов отсыпал щедро.

В общем, лох в натуре.

 

Прошло с недельку. Яго начинает Родриго капать на мозги,

Что надо бы начистить Касьо морду.

Начистишь морду - будешь с Дездемоной,

А коль не кипешь - отвали, моя профурка.

Но Кассио был под газами,

А под газами Кассио - баклан почище Рэмбо.

«Родриго, три  по пять, ни че не вижу,

А ну-ка пасть закрой, а то порву как грелку!»

Ему что тот Родриго, что Шварцнейгер,

И лыч надрал хипешнику он смело.

 

За это Мавр на Касьо осерчал,

И сделал литером себе проныру-Яго.

А тот все восьмерит, ему все мало,

Навосьмерил - без калькулятора не разобраться.

Он Мавру настучал, что Кассио с Дездемоной... ну, это.

В предъяву налепив платок, который

Эмилия у Дездемоны сперла,

Висячку ей - прикинь - пером помылив.

Казалось бы, ну ширма, что такого?

Отелло же вообще слетел с катушек.

Орет, мол, если ты мне, Яго, не наврал,

То их обоих

Под Астраханью выловят из Волги.

 

Влетает к Дездемоне: «Ты молилась?»

А та уже приличный кир поймала.

«В чем дело, Толя, что за непонятки?»

А он одно: «Платок! - орет, - платок!»

Малцы ей положил на пищик

И придушил,

    Потом еще пером,

Короче, 105-я, с особенным цинизмом.

 

Ну, Мавра повязали, Яго тоже.

По подлости душевной то маруху

Свою успел пырнуть иглой наборной.

Мол, раз ты не моя - ничьей не будешь.

Родриго с Кассио друг дружку пописали,

А Дездемоны папа отлетел с инфарктом.

 

Мораль сей басни такова:

Вот видите, вот пацаны не догоняли,

Что лучше побазарить полчаса,

Чем шестерых холодных относить  к  забору.

 

 

(c) Евгений Марьенко 1996 г.